🦄 ИИ плодит скучных единорогов Слыша о «единорогах, связанных с ИИ-бумом», представляешь себе стартапы с чат-ботами и агентами. Но у компании Lancium, ведущей переговоры о продаже миноритарной доли крупным техкомпаниям (в частности, Nvidia и Anthropic) по оценке $7–10 млрд, нет ни моделей, ни GPU, ни одной строчки кода на Python. Она владеет землей в Техасе. Основанная в 2017 году, Lancium занималась довольно скучной инфраструктурной работой: искала земельные участки рядом с нужными подстанциями, линиями электропередач и газопроводами, договаривалась о правах на подключение к сети, проходил

🦄 ИИ плодит скучных единорогов Слыша о «единорогах, связанных с ИИ-бумом», представляешь себе стартапы с чат-ботами и агентами. Но у компании Lancium, ведущей переговоры о продаже миноритарной доли крупным техкомпаниям (в частности, Nvidia и Anthropic) по оценке $7–10 млрд, нет ни моделей, ни GPU, ни одной строчки кода на Python. Она владеет землей в Техасе. Основанная в 2017 году, Lancium занималась довольно скучной инфраструктурной работой: искала земельные участки рядом с нужными подстанциями, линиями электропередач и газопроводами, договаривалась о правах на подключение к сети, проходила согласования и получала разрешения. Классический «девелопер энергоземли» — ни хайпа, ни венчурного глянца. В 2024 году половину в ней приобрела Blackstone за $500 млн, а в октябре Lancium привлекла еще $600 млн долга. С тех пор ее оценка выросла на порядок. И не удивительно, ведь компания занимается созданием энергетической инфраструктуры в большом кампусе Lancium в Абилине, штат Техас, который является частью проекта Stargate компании OpenAI. Lancium не строит электростанции и не является сетевым оператором в классическом смысле. Она владеет землёй, строит подстанции, выступает «розничным поставщиком электроэнергии» и умеет комбинировать сетевое питание с автономной генерацией. Иными словами — её актив это не мощность как таковая, а права и разрешения на мощность: место в очереди на подключение к сети, инженерные согласования, договорённости с регуляторами. Именно это стало дефицитным ресурсом в период бума строительства дата-центров. Новые проекты сегодня стоят в очереди на подключение к сети годами и сталкиваются с растущим сопротивлением местных жителей, обеспокоенных нагрузкой на электро- и водоснабжение. Компании, которые успели закрепить за собой «powered land» ещё до того, как все туда бросились, оказались держателями по сути дефицитного актива — как землевладельцы у моста, через который вынужден идти весь трафик. Техас сегодня рассматривает создание третьей сверхвысоковольтной сети, чтобы обслужить более 25 гигаватт потенциальной новой нагрузки от дата-центров в районе Панхандла. Только в округе Чилдресс, где у Lancium уже одобрено подключение на 1 гигаватт, сетевая компания American Electric Power зафиксировала письма о намерениях на 8,35 гигаватта проектов — и включает этот округ в свой план модернизации сетей на $10 млрд. Для сравнения: у Intersect, девелопера, которого в начале года за $4,8 млрд купил Google (первая техкомпания, ставшая напрямую владельцем энергопроизводителя), в разработке 8–10 гигаватт мощности — это энергопотребление примерно 8–10 городов среднего размера. То есть единороги вырастают по всей цепочке: девелоперы, владеющие землей и энергоправами (Lancium, Cloverleaf, Crusoe), владельцы генерации (Intersect) и т.д. — внезапно начинают стоить как технологические компании, хотя по сути своей деятельности остаются инфраструктурным, коммунальным, почти строительным бизнесом. @anti_agi

Источники 1
  • 🦄 ИИ плодит скучных единорогов anti_agi
    🦄 ИИ плодит скучных единорогов
    
    Слыша о «единорогах, связанных с ИИ-бумом», представляешь себе стартапы с чат-ботами и агентами. Но у компании Lancium, ведущей переговоры о продаже миноритарной доли крупным техкомпаниям (в частности, Nvidia и Anthropic) по оценке $7–10 млрд, нет ни моделей, ни GPU, ни одной строчки кода на Python. Она владеет землей в Техасе. 
    
    Основанная в 2017 году, Lancium занималась довольно скучной инфраструктурной работой: искала земельные участки рядом с нужными подстанциями, линиями электропередач и газопроводами, договаривалась о правах на подключение к сети, проходила согласования и получала разрешения. Классический «девелопер энергоземли» — ни хайпа, ни венчурного глянца.
    
    В 2024 году половину в ней приобрела Blackstone за $500 млн, а в октябре Lancium привлекла еще $600 млн долга. С тех пор ее оценка выросла на порядок. И не удивительно, ведь компания занимается созданием энергетической инфраструктуры в большом кампусе Lancium в Абилине, штат Техас, который является частью проекта Stargate компании OpenAI.
    
    Lancium не строит электростанции и не является сетевым оператором в классическом смысле. Она владеет землёй, строит подстанции, выступает «розничным поставщиком электроэнергии» и умеет комбинировать сетевое питание с автономной генерацией. Иными словами — её актив это не мощность как таковая, а права и разрешения на мощность: место в очереди на подключение к сети, инженерные согласования, договорённости с регуляторами.
    
    Именно это стало дефицитным ресурсом в период бума строительства дата-центров. Новые проекты сегодня стоят в очереди на подключение к сети годами и сталкиваются с растущим сопротивлением местных жителей, обеспокоенных нагрузкой на электро- и водоснабжение. Компании, которые успели закрепить за собой «powered land» ещё до того, как все туда бросились, оказались держателями по сути дефицитного актива — как землевладельцы у моста, через который вынужден идти весь трафик.
    
    Техас сегодня рассматривает создание третьей сверхвысоковольтной сети, чтобы обслужить более 25 гигаватт потенциальной новой нагрузки от дата-центров в районе Панхандла. Только в округе Чилдресс, где у Lancium уже одобрено подключение на 1 гигаватт, сетевая компания American Electric Power зафиксировала письма о намерениях на 8,35 гигаватта проектов — и включает этот округ в свой план модернизации сетей на $10 млрд.
    
    Для сравнения: у Intersect, девелопера, которого в начале года за $4,8 млрд купил Google (первая техкомпания, ставшая напрямую владельцем энергопроизводителя), в разработке 8–10 гигаватт мощности — это энергопотребление примерно 8–10 городов среднего размера.
    
    То есть единороги вырастают по всей цепочке: девелоперы, владеющие землей и энергоправами (Lancium, Cloverleaf, Crusoe), владельцы генерации (Intersect) и т.д. — внезапно начинают стоить как технологические компании, хотя по сути своей деятельности остаются инфраструктурным, коммунальным, почти строительным бизнесом.
    
    @anti_agi